Богом проклятый МКАД

Новогодний круиз на прекрасной и парусной яхте.

Только что-то не спится, и мысли – одна за одной:

в девяностых стоял я в Москве точно так же на вахте,

только были не волны, а кровь у меня за кормой.


Точно так же – любили и так же – прощали обиды.

Только вот мы закон не простили, и он нас тогда не простил:

у Стругацких улитки на склоне дождями убиты,

ну а мы – на запретке московской легли под посты.


Что на МКАДЕ у каждой дороги, где будки и тракты, и траки,

и в закусочных часто – сырой, но хороший шашлык.

Говорят, тот поэт, кто зарезан был в уличной драке…

Ну а мы на запретке московской легли под посты.


Говорят, тот писатель, кто в книге, единственно верной,

между строк в океан запускает свои корабли:

принц персидский летит на коне за прекрасною серной.

Ну а мы на запретке московской легли под посты.


…серый мерс перевёрнутый, болью пацанской облитый,

и она всё ждала, но в тот вечер он к ней – ни ногой.

Мы кричали тогда как сейчас все кричат – dolce vita!

Но досталась – не дольче, не вита, а – страшная роль.


Этот мир справедлив для людей, недалёких рассудком.

И познали мы, что наша карма вся – в наших руках.

Серый мерс перевёрнутный, в пикули скрошена будка

постового. Машины и дождь. Богом проклятый МКАД.


Постовой с перевёрнутым взглядом, как лестница в небо.

Мой товарищ, свободы что век – и совсем! – не видал.

Ночь на яхте прогулочной. Море. Шотландские пледы.

В тёмно-красную клетку-запретку. И горный сандал…


Запись написал(а) Грант Грантов .