Этих книг моих странные груды

Этих книг моих странные груды, их сонная череда:

ведь не продал Христа Иуда, моя беда,

твои волосы пахнут морем, сладким, вином судьбы,

старой кожею, шоколадкой, зелёным бри,


сорок пять мужчин всего за пол года, вот это да,

эмо-девочка старая у завода меня ждала,

проходною оскалясь, рот её вышел в крик:

в Кандагаре лежать остались, а я привык,


что поэт, он мастера ниже, сиречь того,

кто есть автор моих всех книжек, алмаз, могол,

тимурид, дай водки выпить мне иль вина -

мне в распятии старом Припять вдали видна,


что течёт, куда Меконгу там, Хуанхе,

перламутровым, остры джонки на той реке,

и в стихах, как в копях Голконды я всё тружусь -

ночь с тобою, о, эфиопка, наводит жуть:


облегчись в голове у меня, о, Муза, я всё кричу,

басмачу за динар продам я обузой твою парчу,

и куплю себе пинту, кварту иль, да, галлон,

чтобы быть капитаном Флинтом твоих времён,


и когда вдруг умер сын у Шекспира, рыдал и я,

облегчись у меня в голове, о, лира, беда моя,

твои волосы пахнут морем, сладким, вином судьбы,

старой кожею, шоколадкой, зелёным бри,


я тебя сберегу от всех, я не дам тебя пацанам,

увезу тебя в город-грех, и там четырём тонам

обучу прозрачно, смиренно и, видимо, хорошо,

чтобы быть капитаном пленным, твоим Левшой,


и арбатский дворик взрывом напомнит мне о тебе,

я погибну под минным срывом в глубоком сне,

угодив там в воронку памяти о былом,

казначеем филькиной грамоты, зла волхвом…


Запись написал(а) Грант Грантов .