Очень грустные стихи

Стихи

Эти очень грустные стихи грустные стихи способны довести до слез. Они показывают горькую правду окружающего мира. Заставлют задуматься о жизни, о любви. В них можно увидеть глубокий смысл, проникнуться чужими переживаниями, вспомнить моменты своей жизни. Кто-то, когда ему грустно, идет гулять, кто-то слушает музыку или общается с близкими людьми, а кто-то в такие моменты запирается в комнате и пишет грустные стихотворения и рассказы, которые полностью отражают его текущее настроение. Читая эти грустные стихотворения неизвестных авторов, невольно сопереживаешь поэту и пытаешься понять тогдашнее его состояние, и даже если грустить не захочется, невольно, слеза по щеке покатится…

Я больше никому не верю!
Ведь все равно все фикция, обман.
Души своей я не открою двери,
Там накопилось слишком много ран.

Я больше не позволю сердцу —
Любить, страдать, привязываться, ждать.
Там не осталось вовсе места,
Его нет смысла даже там искать.

Я все за «чистую монету» —
Любезности, улыбки, похвалу.
Я душу открывала человеку,
Очередную получая рану.

Я поняла улыбка — маскировка,
За ней удобно истину скрывать.
Такая нужная уловка,
Чтоб правдой никого не обижать.

Ах, сколько я жалела раз,
Что искренна была не с теми.
Не сразу догадалась, кто предаст,
А кто со мной последнее разделит.

Я больше ни кому не верю!
Я слишком через многое прошла.
Теперь мои закрыты двери,
И в мою душу тишина вошла.
***
Я сложный человек, меня не понимают,
И многие считают легкомысленной,
На самом деле, ведь никто не знает,
Какие посещают меня мысли.

Я сложный человек, меня никто не знает,
Мне трудно быть весельчаком в толпе,
Когда внутри все в клочья разрывает,
И хочется рыдать мне в темноте.

Не просто всем сквозь слезы улыбаться,
А ночью грусть делить свою с подушкой,
В себе намного проще замыкаться,
И засыпать, прижав к груди игрушку…
***
Просто помогите мне забыться,
Убежать туда, где с лаской ждут,
Не могу здесь больше находиться,
Жизнь походит на девятый ада круг.

Общество рисует снова рамки,
А что делать? Нужно подражать.
Снова надеваю маску,
Отправляюсь людям угождать.

Почему никто не видит, как мне трудно?
И не понимают, как болит в груди?
Я же знаю — это не простуда,
Это чувства разрывают изнутри.

Хочется кричать, но не услышат.
Плакать? — это пройденный этап.
Взрослые, наверное, забыли, что душа подростка,
Это ценный клад.

Почему же они так жестки
К миру, что по нраву нам?
Их упреки ведь приносят столько боли,
Разрушая внутренний ребенка храм.

Оттого и хочется забыться.
Оттого и рвет все изнутри.
Потому что близкие, по-сути, лица
Поступают хуже, чем враги.
***
Он говорил не раз: «Не привыкай ко мне.
Я против постоянных отношений.»
Но каждый раз вновь возвращался к ней
После побед тяжелых и сражений.

Он твердо уверял: «Не привыкай ко мне.
Любви на свете, знаешь, не бывает…
Я одиночество свое топлю в вине,
И чувствами других я, иногда, играю.»

Он убеждал ни раз: «Не привыкай ко мне.
Я не хочу, чтоб ты потом страдала.
Я просто отношусь тепло к тебе,
Но не хочу, чтоб планы составляла.»

Он ей твердил ни раз: «Не привыкай ко мне.»
И был с ней честен — никогда не лгал,
Но лишь ее родное имя он шептал во сне,
В объятиях нежных, как ребенок засыпал.

Он повторял ни раз: «Не привыкай ко мне.»
Молчала… Никаких привычек и упреков.
А он, ведь, был единственным на всей Земле
И без него ей было очень одиноко…

Шептал на ушко ей: «Не привыкай ко мне.»
Она ждала, терпела, а потом пропала…
Ему так стало одиноко при большой луне,
И понял, что давно сердце его украла.

Он, улыбаясь, говорил: «Не привыкай ко мне.»
Не слышал внутренний душевный крик…
Теперь бессонно он страдает в тишине…
Он говорил: «Не привыкай..», а сам привык…
***
даже если я умру,
обо мне никто не вспомнит.
просто я уйду во тьму,
а по Русски просто здохну.
ну с тобой всё ясно то,
ты как все ни как не лучше.
просто если я умру,
(это так на всякий случай)
ты забудешь про меня,
и не вспомнишь больше.
но а если ты и вправду
так мечтаешь обо мне,
то уйдёшь за мной ты следом,
без раздумий и забот.
но не будет этого,
знаю я то это точно.
просто про меня забудь,
и не вспоминай ты больше…
***
Хочу уснуть и не проснуться,
Хочу уйти и не вернуться.
Уснуть, уйти и умереть во век.
Чтоб стать всего лишь ангелом хранителем,
Того кого люблю я больше жизни.
Хочу лишь пусть родные люди мне узнают,
О том что умерла.
Что улетела я на небо,
И больше не живу я на земле.
Я умерла…
И стала я всего лишь ангелом на синем небе.
Всего лишь ангелом и больше ничего…
***
Как жаль, ужасно и прискорбно,
Что поменять, не в силах, жизнь свою.
Я б сделал это крайне осторожно,
И не обидел тех кого люблю.

Как жаль, что мы не в силах возвращаться,
Туда куда дороги нет.
Порой нам надо исправляться,
Но в прошлое не продадут билет.

Как жаль что мы не в силах думать,
О том что делаем сейчас .
Как нам пути свои продумать,
Что б огонек в пути у нас не гас .

Как жаль , ужасно и прискорбно,
Что миг не можем дважды проживать.
Наверно это очень сложно,
Ошибок меньше совершать.
***
Шагая по жизни в потерянном мире
Мы ищем людей, чтобы стали родными.
Свои чувства раскроем, позабудем обиды,
Чтобы близкими были совершенно чужие…

Совместные песни, не теряя страницы,
Мы пишем вдвоём, чтобы вместе гордиться!
Проходим с тобою душевные раны,
Я этим живу, жаль мечты так коварны…

Лучше б не было дня, тех минут расставания,
Теперь это приносит мне боль и страданья.
И я снова один, и судья — моё время,
И по жизни несу я предательства бремя…

Сигареты, перо, пару грустненьких строк…
Я не думал, что мир вокруг очень жесток,
Прямо в спину ножом, лучше б выстрелом кончил…
Подожди, читай дальше, я ещё не закончил!

Помнишь наши слова, что навеки мы вместе?
Помнишь радости наши от написанных песен?
Нет… ты не помнишь, наверно забыл…
Как желаю чтоб в сердце след пули остыл…

Весь мой жизненный путь был тобою разбит,
Вот звезда упадёт, я разрушу тупик…
Нет, не в чудо я верю, а только в себя,
Ведь доверия нет ни к кому, хоть и зря…

Люди полные лжи окружают повсюду,
Стоит это понять, а не следовать чувству,
Наша лестница в рай не ползет по рукам…
Стоит верить себе, а не гнусным словам.

Я терплю, но обида не стынет в груди,
Я себя потерял и пытаюсь найти…
Это сложно, не думать об этом в те дни…
Когда хочется слышать с твоих уст: «Умоляю! Прости!»
***
Однажды, вдруг меня не станет
И не зайду я в интернет,
А кто-то ждать меня устанет,
И скажет — долго его нет…
А кто-то, просто не дождавшись,
Меня из списка удалит
И я в корзине оказавшись,
На веки буду позабыт…
А кто-то может, как и прежде,
Меня оставит на виду,
И будет ждать меня в надежде,
Быть может я еще приду…
И долго пусть меня не слышно,
Кто знал меня, наверно — ждёт,
А остальным скажите — вышел,
Но обязательно придёт.
***
Мам, прости
Я не вернусь больше домой
И ты знай
Что я вас любила когда была живой
Просто пойми,
Я не могу больше жить
В этом мире нет того кто мог бы меня любить
Ангелом стану
И буду тебя хранить
И никому я больше не смогу боль причинить
Так даже лучше
Нет меня на земле
Я умерла
И не буду больше больно делать тебе.
***
Склонивши голову над жизненною бездной,
Осколки памяти врезаются в мой мозг.
И, заблудившись в темноте кромешной,
Я в этой бездне сам себя найти не смог.

Я потерял себя рассеянно, не зная,
Как выбраться из этой пустоты.
Я чувствую, что я себя теряю,
Не вижу в жизни больше красоты.

Я потерял себя, так помоги же, Боже,
Не заблудиться в этой темноте!
Я ведь живой, я человек ведь тоже,
Ну где же в жизни место моё, где?

Ты укажи мне нужную дорогу,
Как сохранить себя мне, подскажи,
Я в глубине души таю тревогу,
Ты покажи мне что такое жизнь!

Я одинок среди толпы прохожих,
Не ощущаю тела, ног и рук.
Но в жизни миллионы судеб схожих,
И одиночество теперь мой лучший друг…
***
Бывает так, что в жизни лишь один неверный шаг
Способен все перечеркнуть, все уничтожить.
И ты не знаешь где найти в себе рычаг,
Чтобы других отныне не тревожить.
И снова всем грубишь и не желаешь видеть,
Кричишь опять: «Оставь, не лезь ко мне, забудь!».
Они не ведают, что не хотел ты их обидеть,
Но больше и не ищут к сердцу путь…
И дав эмоциям плохим на волю выход,
Ты ночью снова пожалеешь обо всём.
И в голове такая, черт, неразбериха.
Не помогают мысли ни о них, и не о нём.
Но даже так, есть люди, те, кто верят.
Они готовы сделать все ради тебя.
И в те моменты, когда ты потерян,
Родные души будут рядом искренне любя…
И в это самое мгновенье — обнимитесь.
И мысли пусть все будут положительны, чисты.
Вы сядите, поговорите, объяснитесь,
И никогда не думай жечь с ними мосты..
***
Ты знаешь, а фотографиям твоим я очень рад.
Да, те где ты другого обнимаешь,
Но только лишь не вижу я любовь в глазах,
В его объятьях ты совсем не таешь.

Могла ли ты когда-нибудь любить?
Или на струнах чувств играть училась?
А наигравшись, любишь уходить
Дай Бог,чтоб с ним такого не случилось.

Скажи мне, скольких ты свела с ума
Своей не искренней, лукавою улыбкой?
И обмануть меня так просто ты смогла,
Сказав, что чувства все были ошибкой.

А что же так? Иль лопнула струна?
Иль не пригоден стал для игр инструмент?
О да, всё ж цель твоя побеждена
И появился новенький клиент

И также он сошёл с ума,
И также на улыбку он повёлся,
И также ты сперва скромна,
Но знаю я чем это обернется.

Чтож, я не буду осуждать,
Пиши свой список раненых сердец,
А мне пора всё это забывать,
Мне лживой женщины дала ты образец.
***
Ты не знал, что такое любовь,
Но в любви все равно признавался.
Хотел быть со мной навсегда,
Хотя сам возвращать не пытался.

Таких чувств, говорил, не питал ты,
А их может и не было вовсе?
Неужели прошли мы всё зря,
Чтоб ты в самом конце меня бросил?

Для тебя я всего лишь игрушка,
С которой любишь играть,
Кукла без чувств и без сердца,
С которой ты можешь лишь спать.

Каждый день мои мысли забиты
Лишь мечтой, что я буду с тобой,
Что я вновь смогу взять твою руку
И в обнимку проснуться с тобой.

Что ты вновь назовешь меня зайкой,
Среди ночи приедешь ко мне,
Чтоб сказать, как ты меня любишь
И услышишь то же в ответ.

Но мы стали чужие друг другу,
Ты, что был мне дороже всего,
Я не верю, что всё это реально
И что быть ты не хочешь со мной.

Я хочу твоего только счастья,
Ты найдешь, с кем его обрести,
В моей жизни полно будет радостей,
Но в ней будешь отсутствовать ты.

Может быть, мы однажды увидимся
И с улыбкой вспомним о всём,
Я люблю тебя, просто знай это
И прости, если сможешь, за всё.
***
Как можно убить человека?
Как можно убить его душу?
Как можно взять пистолеты?
И навсегда жизнь разрушить.

Как можно пойти на людей?
На тех, с кем ты проводил свое время,
Друзей , одногруппников,учителей …
Делая всё тяжелее своё бремя.

И навсегда свою жить изменить,
Больше никогда не остаться собою,
Словно отстричь последнюю нить,
И не дойти к последнему бою.
***
Что такое любовь? Вряд ли кто-то ответ знает точно.
И, пожалуй, не каждому это судьбою дано.
Это тонкая нить, что порою бывает непрочной,
Это сладкое очень, но с терпкою ноткой вино.

Это пламя костра, что рождает горячие искры,
Но способно погаснуть от слишком соленой слезы,
Это тайна души, непорочной по-детски и чистой,
Это радуга в небе, рожденная после грозы.

Не ликуй, если двери она отыскала в твой дом,
Ведь любовь и печаль ходят за руки взявшись вдвоем…
***
— Скажи, а чайки тоже плачут,
Когда их море предает? —
Спросила девочка у мальчика,
Когда весной кололся лед.

Деревья на ветру качались,
И он ответил на вопрос:
— Чайки разбиваются о скалы,
Когда их море предает.

Летели годы, словно ветер,
Летели, оставляя след.
И вот, они уже не дети,
Им стало восемнадцать лет.

О люди, как они любили,
Такой любви никто не знал!
Когда над ними вьюги выли,
Огонь любви их согревал.

И вот настал день белой свадьбы,
Холодной раннею весной,
Невеста в белоснежном платье
Пришла к любимому домой.

Лишь за порог она ступила —
Любимый у двери стоял
И, никого не замечая,
Другую нежно целовал.

На свете нет сильнее боли,
Она ступила за порог,
Глаза наполнили ей слезы,
Шептали губы: «Как ты мог?»

Она стояла у обрыва,
Вдруг закружилась голова,
Она рукой глаза закрыла,
Из детства вспомнила слова:

— Скажи, а чайки тоже плачут,
Когда их море предает?
— Чайки разбиваются о скалы,
Когда их море предает
***
Да, больно. Нет, коплю, не плачу.
Я всё стерплю. Я не могу иначе.
Пусть разобъётся сердце на осколки,
Пусть крылья вырвут мне, я не заплачу.
Я буду всё хранить в секрете.
Я буду изнутри сгорать, ломаться,
Мне очень больно. Я терплю.
Я не могу вот так сорваться.
Я замолчу, когда захочется кричать.
Я буду улыбаться и сиять,
Скрывая свою боль за маской.
Когда захочется сорваться
Я рот закрою. Пусть слёзы потекут,
Пусть буду медленно на части рассыпаться,
Я промолчу. Я буду до конца держаться.
Да, больно. Нет, молчу, не плачу.
Всё почему? Я не могу иначе…
***
Уходят те,
кто дорог и любим
внезапно,
безвозвратно,
безнадежно…
Как трудно сердцем
пережить людским,
И осознать…
(почти что
не возможно…)

Когда, казалось,
Молодость — расцвет,
И впереди путей
еще так много…
Но догорел заката
яркий свет,
И лишь одна
«открыта» им дорога…

Бесследно спрячет
бремя белый снег
прошедших лет
и дней давно минувших,
Короткой жизни
завершен пробег…

Господь, как видно,
забирает лучших…
***
Однажды ко мне постучали,
Две девочки рядом стоят.
Они попросили лишь хлеба,
И я не смогла отказать.

Я вынесла хлеб и конфеты,
Спросила, а где же их мать?
Девчушки глаза опустили:
— А мама в запое опять.

И нету ей дела до дочек,
Душа за детей не болит.
Приходят чужие мужчины,
И водка весь разум затмит.

Не видели дети игрушек,
Не ведали в жизни любви.
Лишь только побои и ругань,
И маме совсем не нужны.

На водку детей променяла,
Как будто какой-то товар,
Забыла как в муках рожала,
Потом просто так предала.

Ее не волнует — одеты ли дочки,
И есть ли, что дома поесть.
Лишь были бы деньги на водку,
А дальше — огнем хоть гореть!

Но нету обиды в детских глазах:
— А мама хорошая, мне говорят.
Они ее любят всему вопреки,
И ждут материнской любви.

Их так захотелось обнять…
А может… К себе их забрать?
Но мысль кольнула словно иглой,
Да кто же так просто отдаст?

Я в комнату к дочке вошла,
Взяла пару детских игрушек.
И девочкам тем отдала,
В глазах прикрывая слезу.

Они улыбнулись доверчиво…
На миг заблестели глаза,
— Спасибо! Сказали, а после,
За ручки держась ушли от меня.

Всю ночь не могла я заснуть,
Все дочку свою обнимала…
Как можно матерью назвать,
Ту, что детей на водку променяла?
***
Как больно по ночам рыдать…
Как больно жить и притворяться…
Как больно роль свою играть,
Идти по жизни и смеяться…

Как больно с раненой душой
Бродить в тумане бесконечном…
Как больно быть всегда с толпой,
Но все ж одной… навеки…. вечно!

Как больно без надежды жить,
И от судьбы не ждать чего-то!
Как больно больше не любить,
Но молча вспоминать кого-то…

Как жаль, что память не убить,
Одна она мне жизнь калечит!!!!
Как больно помнить ВСЁ…….. и жить!!!
С нелепой верой — ВРЕМЯ ЛЕЧИТ…
***
В одном дворе, уже который год
Жил одноглазый и безухий кот,
К тому же, у него был сломан хвост
И лапа – от бедра наперекос.
Ходил, как бы подпрыгивая, кот,
И кличка у него была – Урод.

Всем детям, что играли во дворе,
Кота касаться строгий был запрет.
Со всех сторон тот кот гонимым был,
Но он, казалось, всех и вся любил,
И кто его камнями отгонял –
Об ноги тех он тёрся и мурчал.
А дворничиха, хоть была в летах, —
Порой лила из шланга на кота,
И тот смиренно под струёю мок,
Удрать как будто было невдомёк.

Особенно тот кот детей любил –
Стремглав бежал к ним, радостно вопил…
И на руки его кто если брал, —
Он блузку или пуговку сосал.
Однажды кот нарвался на собак:
Увидела одна девчушка, как
Два страшных пса его терзали враз,
Под режущую слух команду «фас!»

Бесстрашно подбежав, девчушка та
Схватила полумёртвого кота:
Он задыхался, он едва дышал,
И морду след слезы пересекал.
Она бегом несла его домой,
Ведь кот ещё, почти что, был живой,
А кот пытался в этот миг мурчать
И даже её пуговку сосать.

Он умер у девчушки на руках…
Глаз золотой смотрел на облака…
И долго у подъезда своего
Она сидела, глядя на него.
И состраданье вмиг открыло ей —
И сделало девчушку ту добрей, —
Что за уродством даже у котов
Бывает беспредельная любовь.
***
Я в зеркале увидел папу,
Случайно разглядев его.
Увидел и почти заплакал,
Не понимая сам с чего.

Из полумрака коридора
Вдруг папа улыбнулся мне.
Как будто он, как прежде дома,
А не в небесной синеве.

Всего лишь взгляд, но как стрелою
Печаль мои пронзила сны.
Мы десять лет уже стеною
Отделены от той весны.

Потом я понял — в отраженьи
Был — я. Похожий на него.
Одно короткое мгновенье,
А сколько вспомнилось всего!
***
Нам билеты купили родители.
Мы хотели попкорна, мы клянчили колу.
Совершенно обычные зрители
Совершенно обычного дня выходного.

На сеанс мы пришли заранее.
По местам нас садили взрослые.
Нам казалось, что это неправильно!
Им казалось, что так положено.

Мы услышали скрежет дверей,
А потом началась реклама.
Мы с раскрытыми ртами смотрели
На мультяшные супердрамы.

В голове уже были планы,
На какой мульт сходить первее.
Надо только спросить у мамы,
Ведь платить мы пока не умеем.

Нам казалось, что кто-то ругался
За дверями от нашего зала,
А тем временем фильм начинался.
Стало громко, ничто не мешало.

На последних рядах заворчали,
Чем-то пахнет и фильм плохо видно.
Может, где-то случился пожарик?
Это было бы очень обидно.

Кто-то быстро к дверям в темноте побежал,
Мы смотрели на это с надеждой.
Может, правда там, где-то случился пожар?
Рядом снова послышался скрежет.

Вдруг проектор погас, отключился экран.
Мы от страха все в раз закричали.
Дверь пытались открыть, но она заперта.
Так в ужастиках часто бывает.

Стало трудно дышать, мы ладошки ко рту.
Глаза жжёт, но закрыть их страшнее.
Неужели никто не услышит нас тут?
Мы ведь плачем и громко бьём в двери!

У кого телефон, те звонили родным
И сквозь слёзы прощались заранее.
К нам никто не пришёл, нам никто не открыл,
А на стенах уж прорези пламени.

Блики красного, желтого, душащий дым
И обломки, что падают с крыши.
Говорят, тяжело умирать молодым,
Но страшнее, когда не услышат.

Стало жарко, все плакали, пламя вокруг,
Кто-то громко кричал и ругался.
Мы всё ждали, когда же придут и спасут,
Но сквозь пламя никто к нам не рвался.

Мы пытались бежать, но не каждый мог встать.
Половина в дыму угорела.
Мы хотели ползти, но огонь на пути.
Мы живыми не выйдем из плена.

Мама, папа, простите, что плохо вели,
Что домой несли двойки и тройки,
Что не слушались или обидеть могли,
Что не делали часто уроки.

Чтобы ни было, вам нужно помнить, что мы
До конца за свободу сражались.
Утром ветер развеет и пепел, и дым,
Он на небо нас точно отправит.

Не грустите, не плачьте и сделайте так,
Чтобы умерли мы не напрасно,
Чтобы дяди исправили каждый пустяк,
Чтобы было везде безопасно.

Ранним утром нас птицы с собой заберут
И споют вам о нас на рассвете.
Мы всегда будем с вами и в ваших сердцах.
Ваши вечно любимые
Дети…
***
Знаешь, мама, я очень устала,
Много что-то опять навалилось…
Даже плакать совсем перестала,
А мечта о проблемы разбилась…

Иногда очень страшно ночами,
Давит сердце, как камень, незримо…
Слишком много уже за плечами…
Ну, а счастье не рядом, а мимо…

Так хотелось быть просто любимой!
Утром кофе и булки с корицей…
Одиночество невыносимо!
Только ночь… И желанье напиться…

Голых стен одинокая песня,
И не выбраться, как из темницы…
Может есть на земле все же место,
Где и мне суждено влюбиться?

Знаешь, мам, я мечтать устала…
А ещё я устала верить…
Я искала, поверь, искала,
Кому сердце своё доверить.

Только холод нашла и раны,
Безразличье и груз сомнений…
Может просто искала рано?
Может были не люди, тени?

Ты скажи, только честно, мама,
Далеко моё счастье бродит?
Я же снова пойду упрямо,
Хоть мне ноги усталость сводит…

Отыщу! Догоню! Узнаю!
Разорвав на клочки сомненья…
Я сумею! Поверь, родная,
Победить все тревоги с ленью!

Я дойду и прижмусь устало,
Согреваясь теплом заветным…
Как же надо для счастья мало,
Если сердце твоё согрето…
***
В потаённом уголке израненной души
Чуть слышно только сердце трепетало.
Оно свой стон и боль пыталось донести
До тех, кому так сильно доверяло.
До тех, кто так бездушно растоптал
Всю веру в доброту и человечность.
До тех, кто, острый с рукояткою кинжал
Без жалости вонзая, душу искалечил…
И вот итог: оно теперь кричит от боли,
Забившись тихо в дальний уголок.
И, закрывая дверцу, прячась за паролем,
Чтоб к нему проникнуть уж никто не мог…
Ведь удар был точен в сердце напрямую,
И шанса увернуться не было совсем.
Родные ж бьют без промаха вслепую,
В десятку попадая без каких проблем.
***
Как тяжело терять друзей,
Как тяжело, когда уходят,
Навек, не закрывая дверь,
Кто дорог был в любой погоде.

Как тяжело не находить,
В толпе таких давно знакомых,
Как тяжело терять друзей,
И не найти таких же новых.

Как тяжело кидать в огонь
Свои душевные порывы,
Лететь и клясться над землёй,
Как будто все ещё здесь живы.

Как тяжело терять друзей,
Витая в мире, словно пепел,
И может встретиться суметь,
Не здесь, а на другой планете.
***
Как-то так в этой жизни бывает, чтобы счастье найти по скорей,
Люди счастье другое теряют, счастье в лицах своих малышей.
Так и здесь их отец подработать удалился в чужую страну,
А родительской тяжесть заботы, без труда возложил на жену.

И как часто бывает такое, в мире скажут мол:-это судьба,
Там он скоро увлёкся другою, и осталась с детьми мать одна.
В прочем скоро пришел добродетель пригласил её вместе с собой,
В край далёкий, богатый, а дети — детям жребий достался другой.

Три птенца, три живых мальчугана, три весёлых смешных сорванца,
В бедной хижине, папу и маму им теперь заменила сестра.
Есть не мало своих интересов у девчонок двенадцати лет,
Как ни горько, но не было места, ей для детства; Вставая чуть свет,

Когда люди кругом досыпали сны десятые, ей не спалось.
Постоянные мысли пугали : как бы им голодать не пришлось.
В прочем мама когда-то учила, печь лепёшки, она и пекла,
И с утра на базар относила, только малое время спустя,

с горькой болью она осознала, что не сможет семью прокормить,
Что торгует она слишком мало, что им так в четвером не прожить…
А на против, не много в сторонке, под высокой базарной стеной,
Торговали другие девчонки, торговали девчонки… собой.

От того, что она увидала, что впервые открылось пред ней,
Тихим эхом внутри застонало: — было им по двенадцать, как ей.
И смотрела, что думать не зная, только жаль, не видала она,
Что за ними давно наблюдая, между ними стоял сатана.

Дух жестокий над жертвою новой, злые планы тем часом ковал,
И змеинно- коварное слово в сердце словно как мысль послал:
Чем стоять ожидая чего-то, занялась бы торговлей такой,
Ведь совсем не плохая работа, а на жизнь точно хватит с лихвой.

Пошатнулась девчонка не много и в глазах стало как-то темно,
Не знакомая раньше тревога, сжала чистую душу её.
С грязью этой впервые столкнувшись, содрагаясь в кромешную тьму,
Прошептала слегка задохнувшись: нет, я лучше скорее умру.

-Не плохая идея, ты знаешь. Демон ей продолжал говорить,
Для чего ты так сильно страдаешь, да и впрямь,для чего тебе жить?
Ты же знаешь, что денег не хватит, вам на долго, что голод придёт,
И мучительной смертью и братьев и тебя непременно найдет.

Чем вот так умирать постепенно, горсть таблеток прими и запей,
И страданья прервутся мгновенно, вместе с жизнью не нужной твоей.
И какой-то не детскою мукой, исказилось ребёнка лицо,
Точно звук от сердечного стука ранил болью глубокой её.

возвращаясь домой как в тумане, мир как-будто померкнул вокруг,
Только тяжесть таблеток в кармане, только сердца чуть сбивчивый стук.
вот и хижина, та что дарила ей когда-то уют и тепло,
И последняя мысль пронзила: что же с братьями станет её.

Кто их в этой утрате поддержит? Что от жизни достанется им?
Остаётся одно неизбежно, умереть сразу всем четверым.
И смахнувши текущие слёзы, дверь тихонько прикрыв за собой,
Поделила на равные дозы горсть таблеток дрожащей рукой.

Вот и братья вернулись из школы, словно тройка шальных воробьёв,
Залетели, ворвались, ни слова не понять из-за хаоса слов:
— Гости были сегодня смешные, говорили про Бога, про рай,
И брошюрки дарили смешные, на вот эта для нас, почитай.

И скользнула рассеянным взглядом, по цветному рисунку листа,
Три креста, люди, воины рядом, но какие там были слова..
Сердце странно как — будто забилось надрываясь щимящей тоской,
И нечаянно буквы покрылись, неожиланной детской слезой.

Вдруг какою-то теплой волною, не знакомая сила добра,
Обдала и укрыла собою и тот час ощутила она,
Будто рядом стоит не знакомый, но до сладостной боли родной,
И по косам не ровно сплетённым нежно гладит пронзённой рукой.

И бессильно упав на колени, сотрясаясь в рыданьи слезах
излила всю Тоску и томленья, что не выразить просто в словах.
В свои детские годы узнала, то что детям, не следует знать,
Но в 12ть она понимала, что не всякий поймёт в двадцать пять.

В бедной хижине миром забыты, три мальчишки с сестрёнкой живут,
Через церковь одеты и сыты, а Отцом они Бога зовут.
Каждый день им сестрёнка читает, каждый день они в церковь бегут,
Каждый день их там кто-то встречает, там их любят, вот так и живут.
***
А холодно не только от погоды:
От снега, или дождика сырого —
Мы замерзаем, проживая годы…
Не понимая важности простого —
Не в деньгах радость, чине или власти…
Им дела нет — здоров ты иль простужен,
Простое человеческое счастье —
Когда есть те, кому ты очень нужен.
Кто ждёт тебя домой, глядя в окошко,
И без притворства сердцем обнимает.
Не страшно, если в доме хлеба — крошка…
Страшней, когда любви там не бывает…
***
Писать красиво не умею,
Но так сложилася судьба,
И я один в огромном мире,
И жизнь сломалась у меня.

А дни проходят как обычно,
Вокруг проблемы, суета.
Один сижу душой рыдая
Теряя близких навсегда!

Зачем стремился, строил планы?
Зачем доверился тебе?
Тебя всегда считал я другом,
Зачем открылся я тебе?

Предательство как нож мне в спину!
Я повернулся…. не упал!
Второй удар пришелся в сердце
И я от боли застонал.

Доверие — фундамент отношений,
На нем построил я судьбу,
Но ты порвала его в клочья,
Поставив крест на жизнь мою.

Я плакал и просил поддержки,
Ведь мозг не сразу осознал,
Что то, во что я свято верил
Втоптали в грязь……..

Я пил спиртное словно воду
И бил об стены кулаки,
Но ложь — как яд пошла по венам,
Сжигая тело изнутри.

Душа рыдала и стонала,
И сердце рвалось из груди.
Кричал от боли я без звука
И ноги «ватные» не шли.

Зачем, и в чем я провинился?
За что держу такой удар?
В чем виноват перед тобой я?
За что сломала ты меня?

Горя в аду предательства и лжи,
Возник вопрос: где будешь Ты?
Начну с начала строить жизнь,
Я птица «Феникс»!!! Я ВОСКРЕСНУ!!!!!
***
Вроде бы есть всё… а пусто.
Вроде бы радость… а грустно.
Вроде бы много… а мало.
Вроде не хочешь… а надо.
Вроде бы любишь… не знаешь.
Вроде бы правда… лукавишь.
Вроде бы плачешь… немножко.
Вроде вся жизнь понарошку.
***
К горькому кофе, достань шоколадку,
К горькой минуте — счастливую мысль.
Просто запомни: ВСЕ БУДЕТ В ПОРЯДКЕ.
Просто запомни, что все это ЖИЗНЬ…
***
Мне вспоминать об этом горько,
Но я не вспомнить не могу:
Гнедая кобылица Зорька
Паслась на пушкинском лугу.

Вокруг нее, такой же масти,
Играл и путался у ног
Смешной, глазастый, голенастый,
С волнистой шерстью сосунок.

Она густой травы наелась,
Стряхнула гриву с головы.
Ей поваляться захотелось
В прохладной свежести травы.

Весь день она возила сено,
Звеня колечком под дугой.
Согнув точеное колено
Одной ноги, потом другой,

В истоме легкости и лени
Передзакатного тепла
Она склонилась на колени
И на бок медленно легла.

Заржала радостно и сыто,
Собой довольная вполне.
Над брюхом вскинула копыта
И закрутилась на спине.

Откуда было знать кобыле,
Что на нескошенном лугу
Вчера здесь гости были. Пили.
И пели в дружеском кругу.

А кто-то с «мудрою» ухмылкой,
В хмельной беспечности удал,
Бутылки бил пустой бутылкой
И в воздух горлышки кидал.

…Дрожит кобыла стертой холкой,
Всей кожей с головы до ног.
И конюх ржавою карболкой
Ей заливает красный бок.

Стекает кровь из рваной раны
В мою горячую строку.
И ребра, как меридианы,
Сквозь кровь белеют на боку.
***
Передайте Ему. Что я очень скучаю,
Что ношу его фото в своем кошельке.
Мне мерещится он. И на миг замираю,
Если кто- то похожий стоит вдалеке.

Передайте Ему. Он со мною повсюду,
В тихом шелесте трав. В белой пудре снегов.
Я Его не забыла! Я Его не забуду!
И молю за него все на свете Богов!!!

Передайте Ему. Что под вечер у дома,
Я все жду его легких, негромких шагов,
И меняет сезон за окном время года,
Пробираясь ночами мне памятью снов.

Передайте Ему. Я прошу, передайте!
Я б сама…но не знаю, куда написать!
Только мелом пишу я на мокром асфальте,
Да стихами пытаюсь его отыскать.

Передайте Ему. Что я долго хранила
» Я вернусь, обещаю!»- надежду из фраз,
Передайте Ему. Что смогла — подарила,
Наградив его сына той копией глаз.

Передайте Ему. Что порою мне сложно,
Но я очень надеюсь. И все еще жду…
Передайте Ему. Если это возможно,
Что по- прежнему имя под сердцем храню.

Ну а если совсем не захочет он слушать
Значит в жизни для нас у него места нет,
Значит он все забыл. И с другой Ему лучше,
Передайте Ему тогда просто «привет»…
***
Умейте удалять ушедших номера.
Из памяти. Потом из телефона.
Умейте уходить. Сжигая боль дотла.
Такая жизнь. Порою вне закона.

Умейте забывать. И плакать в одиночку.
Стирать все фото. Чистить свой архив.
Нажать delete. И просто ставить точку.
Стирая смс, пометкой» удалить».

Умейте не хранить тоски всей мегабайты
Все то, что важное осталось для вчера
Умейте забывать. Хоть это и печально.
Умейте удалять ушедших номера.
***
Я вылечусь временем — лучшим из лекарей…
И каждому Бог по заслугам воздаст…
С одной стороны — мне довериться некому,
С другой стороны — хоть никто не предаст.

Теперь я сама себе стала хозяйкою:
Хожу по гостям, где давно не была.
С одной стороны, что разрушилось — жалко мне,
С другой стороны — я уже не могла.

Закрыты все двери и камни все содраны.
Отныне навеки я стала чужой.
С одной стороны, без любви — очень холодно,
С другой стороны — мне спокойней одной…

Пойду, как сумею, своею дорогою,
Не любят, не помнят, не верят, не ждут…
Я знаю одно: лучше быть одинокою,
Чем ждать, что тебя, как всегда предадут…
***
В великом Лондоне старинном
Жил одинокий гражданин.
Жена погибла у мужчины,
Остался восьмилетний сын.

Он был единственной отрадой,
Посреди будничных тревог.
Рос мальчуган ему на радость,
В душе теплился огонёк.

Они любили прогуляться
Вдоль Темзы, у дворцовых стен.
Закатом солнца любоваться,
И слушать, как звенит Биг Бен.

Дал слово мальчуган весёлый:
“Я, папа, вырасту, как ты.
Закончу колледж после школы,
И буду разводить мосты.”.

Позолотил листву октябрь,
Дожди холодные принёс,
По Темзе, тихо шёл корабль,
И над рекой был поднят мост.

В тот день ненастный, на работу,
Сынишка прибежал к отцу.
Смотреть как ходят пароходы
Так любопытно сорванцу.

Это был промах машиниста,
Он красный свет не увидал.
И поезд, с грохотом и свистом,
К мосту беспечно подъезжал.

До мальчугана доносился
Ритмичный стук его колёс.
Ребёнок сильно удивился,
Увидев разведённый мост.

Он понял всё и ужаснулся.
К отцу за помощью помчал.
Но на беду свою, споткнулся
И прямо в стык под мост упал.

Отец услышал голос сына,
Увидел едущий состав.
Застыл от ужаса мужчина.
И побледнел, всё осознав.

Он взвыл от горя, не решаясь.
Мост надо было опустить.
И поезд ехал приближаясь,
И время не остановить.

Была невыносимой мука,
Своим глазам не веря он,
Щипал до боли свою руку,
В надежде, что всё это сон.

А поезд беззаботно мчался,
Катился к берегу реки.
И голос эхом отзывался:
“Мне больно! Папа! Помоги!”.

Приняв решение святое,
До боли сердце сжав в кулак,
От страха, мокрою рукою
Мужчина взялся за рычаг.

Мост, громыхая, опустился,
Железным голосом рыча.
И поезд дальше покатился,
По рельсам весело стуча.

А пассажиры улыбались,
Глядели на него в окно,
Чужой тоской не проникались.
Им было, как-то, всё равно…

Он спас их жизни, не жалея,
Ребёнка в жертву принести.
У гроба, стоя на коленях,
Он слёзно прошептал: “Прости…”.

Тернистый путь у человека,
Его испытывает Бог.
Случилось это в прошлом веке…
Здесь стоит подвести итог.
***
В потаённом уголке израненной души
Чуть слышно только сердце трепетало.
Оно свой стон и боль пыталось донести
До тех, кому так сильно доверяло.

До тех, кто так бездушно растоптал
Всю веру в доброту и человечность.
До тех, кто острый с рукояткою кинжал,
Без жалости вонзая, душу искалечил…

И вот итог: оно теперь кричит от боли,
Забившись тихо в дальний уголок.
И, закрывая дверцу, прячась за паролем,
Чтоб к нему проникнуть уж никто не мог…
***
Там время, где не властен бег, где явственны мечты,
Цветут, создания Богов, бессмертные цветы.
Парят, как души над Землей, средь мрака пустоты,
Сияя, в звучии тиши, нам светом красоты.

Давно не видел я их свет, что ярче фонарей,
С тех пор когда, с десантом был, здесь в группе горнарей.
Скал прорубив щит вековой, я будто бы ослеп,
В броне средь поля, неуклюж я скромен и нелеп.

Был, среди них, будто во сне, летая вновь и вновь,
В квадрате этом повстречав, я вечную любовь.
Она, из медотряда, в миг, жизнь мне лучом спасла,
В тот день, любовь, лишь с взгляда нас, на крыльях унесла.

Круг время пройден, на часах, любви и счастья нет,
На нас ползет, из тысчи гнезд, несметный силуэт.
Его должны мы здесь, как в старь, собой остановить,
Чтобы могли и после нас, цветы и люди жить.

Бездушный Рой ворвался в Мир, пала веков стена,
Бессмертный пульс, пещер Богов, нарушила война.
Смерть среди мертвых тел парит, глаза ее пусты,
А, под ногами, льется Слизь и мертвые цветы.

Враг остановлен и разбит, огнем разогнан Рой,
И каждый, кто погиб за Мир, во веки стал Герой.
Скафандр разорван, в ранах плоть и тает свет в глазах,
Теперь он навсегда, в цветах и в бьющихся сердцах.

Мрак поглотит, былую боль, исчезнет крик в тиши,
Примет цветок, как тлен Земля, слепящий свет души.
Истлеет плоть, исчезнет Слизь и сбудутся мечты,
Сквозь ребра, в небо, прорастут прекрасные цветы.

Чрез годы скорби, вечных слез, меня отыщешь ты,
На поле света павших душ, в объятьях пустоты.
Простившись и как дар приняв, в глазницы мне глядя,
Сорви бутоны из груди, они лишь для тебя.

Цветут, в пещерах, взор маня, как призраки мечты,
Впитав, во тьме, свет павших душ, бессмертные цветы.
Дева, коль хочешь, их сорви, колени приклоня,
Быть может, в черной глубине, лежу под ними я.
***
Бывают такие сны,
После которых,
Проснувшись,
Ты ещё долго лежишь,
С закрытыми глазами,
В надежде удержать,
Эти моменты.
***
Нет, я не скучаю по тебе
И даже я не думаю ночами,
Но где-то очень глубоко в душе,
Я чувствую твоё незримое отчаянье,
Я чувствую твою тревогу, грусть,
И знаешь, мне от этого не легче,
Ты одинок?
-Ну ладно, пусть!
Я скрашу этот тёмный вечер…
***
Как болит мое сердце опять,
Словно рвется кусками на части,
Я не знаю, кто только сказал,
Что любовь — настоящее счастье?

Это — мука, ужасная боль,
Это — темный душевный туман,
Это — бедного сердца неволя,
Это — разума подлый обман.

В мыслях нет той былой чистоты,
Я от чувств этих просто сгораю,
Я не вижу земной красоты,
Как уйти от любви я не знаю.
***
Почему бывает так,
Что любовь кончается?
А потом совсем нескоро
На пути встречается.

Почему мы расстаемся
С тем, кого мы любим,
А потом не можем долго
Верить близким людям?

Не всегда любовь бывает
Преданной и пылкой,
Иногда она готова
Хлопнуть по затылку!
***
Как жестока, бывает, коварна любовь,
Сколько боли приносит, печали…
Разве знать мы об этом с тобою могли,
Когда только ее повстречали!

Для любви не бывает забытых прорех,
Если трещина — значит, навечно,
И напомнит она о себе, тем двоим,
Что о боли забыли беспечно.
***
Как жестока, бывает, коварна любовь,
Сколько боли приносит, печали…
Разве знать мы об этом с тобою могли,
Когда только ее повстречали!

Для любви не бывает забытых прорех,
Если трещина — значит, навечно,
И напомнит она о себе, тем двоим,
Что о боли забыли беспечно.
***
Ночь меня мягко укроет своим покрывалом
Только в ее черноте вряд ли будет тепло:
Раньше всегда перед сном о тебе я мечтала,
Видно, сейчас это время куда-то ушло.

Видно, душа понемногу уже отпускает
Чувство, что прежде мешало мне думать и спать.
Стало спокойней на сердце — оно забывает,
Только вот некому больше его согревать…
***
Любовь — как много ты в себя вмещаешь!
Ты грусть потерь, ты радость для души.
Судьбу людей ты с легкостью решаешь,
Но быть жестокой с ними не спеши!

Бываешь очень часто не взаимной,
Надежды даже капли не даешь…
Но искреннее чувство так наивно —
И люди ждут, что ты опять придешь.
***
Хотелось бы любовь свою отдать
До капли, до последнего дыхания,
Но ты не хочешь ее принимать
И постоянно ищешь оправдания.

А я б несла тебя на крыльях словно птица,
А я бы в небесах парила смело,
Лишь только вместе бы с тобою насладиться
Тем, что сковало душу мне и тело.
***
С любою болью можно справиться…
Да только ты не просто нравишься!
Ведь каждый день и в миг любой
Я мысленно всегда с тобой.

Ты — воздух мой и мой родник,
Ты — ангел, что во тьме возник
Но стал реальностью мой страх —
Холодный лед в твоих глазах.

Живу, над пропастью скользя,
Жаль, чувства отменить нельзя!
***
Я люблю, а ты… не любишь.
Я сгораю вся дотла.
И от пепла не пробудишь,
Не добьешься ты тепла.

Я люблю и тихо тлею,
А ты топчешь искры вновь,
Я иначе не умею!
Убиваешь ты любовь…

Я люблю. Любила, может?
Лучше мне тебя забыть.
Только чувство это гложет,
Как закончить мне любить?
***
Без любви, говорят, что не мил белый свет.
Ну а как быть тогда с безответной?!
«Я люблю тебя тоже!» — не скажут в ответ
И душа твоя станет бесцветной.

Говорят, без любви сердце наше бледней,
Жизнь уныла, почти примитивна.
Но бывает, с любовью живется сложней,
Если чувство твое не взаимно.
***
Безответная любовь,
Не броди по свету!
Пощади сердца влюбленных!
Потеряйся где-то!

Если любишь ты кого-то
И любовь взаимна,
Если рядышком под боком
Сердца половина, —

Не страшна тебе тогда
Ни зимой, ни летом,
Та любовь, что у других
Зовется без ответа!

Ну а если вдруг любовь
Правда, не взаимна,
Не грусти, тебе найдется
Тоже половинка!
***
Люблю… Но любовь не имеет значенья.
Люблю, понимая, что чувства мои,
Увы, безответны. И терпят крушенье
Мечты и надежды. Нам мир на двоих

Делить не придется. И мне только снится,
Как нежно касаюсь волос золотых.
Жаль, утро настанет и сон растворится.
И только подушка в объятьях моих…
***
Люблю тебя без шанса на взаимность
И зная, что ответа не дождаться…
Как часто, сохраняя анонимность,
Слежу я за тобой, боясь признаться…

Признаться, что давно в моем ты сердце,
Одно твое «люблю» — предел мечтаний!
Но не найти к душе твоей мне дверцу,
Мне остается жить среди терзаний…
***
Лучший выход, понимаю, расставанье —
Ни к чему плохую пьесу продолжать.
И любви былой погасшее сиянье
Вряд ли стоит к жизни снова возрождать.

Только сердце не способно по приказу
Чувства яркие бесследно позабыть.
Потерпи чуть-чуть, и скоро, но не сразу,
Окончательно смогу я разлюбить.
***
Если люди расстаются —
Это грустно очень,
Это дни без позитива,
Тягостные ночи,

Это слезы без сомнения
Это крах надежды,
Может быть все станет проще,
Но не так, как прежде!

Одиночество наступит,
И придет печаль,
Тех, кто был когда-то вместе,
Станет, очень жаль…

И останется на сердце
От разлуки след,
Кто-то боль свою забудет,
Ну а кто-то — нет!
***
Теперь с тобой мы лишь друзья,
И все ж так будет лучше.
Да, чувства воскресить нельзя,
Но так легко разрушить!

С тобой взлетали в небеса
И над землей парили.
Любовь творила чудеса
И мы любовью жили.

Но охладел наш жаркий пыл,
Земля вдруг ближе стала.
Кто прав, а кто виновен был?
Нам не начать сначала…
***
Грущу, ведь не сложилось, как хотелось,
И ожидал нелегкий нас разрыв…
А как мечталось, и в душе как пелось!
Теперь остался в сердце лишь надрыв…

Надеюсь, без меня счастливым станешь,
Пускай удачно сложится судьба.
Но помнить ты меня не перестанешь —
Об этом лишь сейчас моя мольба…
***
Ты ушел, на прощанье обняв.
Улыбнулся, как лезвием в сердце,
И не понял, уже потеряв,
И захлопнул в душе моей дверцы.

Ты ушел, не взглянув мне в глаза,
Побоявшись увидеть там слезы.
Я не верю теперь в чудеса,
Прогоню я из сна свои грезы.

Ты ушел, я осталась болеть.
Только скоро пойду на поправку,
Но уже никому не суметь
Повысить любви моей планку.
***
Да, нам с тобою было хорошо,
А расставанье, видно, неизбежно.
Но растворят ли слезы порошок —
Осадок от любви моей безбрежной?

Но смогут ли они смыть всю тоску,
Которая меня нещадно душит
И пулей подбирается к виску?
Неважно, ведь не вместе наши души…
***
Как жаль, что ничего не получилось,
Как грустно, что теперь мы не вдвоем…
Не вышло, не стерпелось, не слюбилось —
Отдельными дорогами идем…

Судьбою не дано нам, быть уж вместе,
Расстаться нам с тобой пора пришла.
Не прокричат нам больше «тили — тесто»,
Любовь ушла. Но, все-таки, была…
***
Как будто мир внезапно краски потерял,
И даже солнце как-то сразу потускнело…
Ушла любовь — и пульс мой биться перестал,
И нет души во мне, осталось только тело…

Разбилось сердце, разлетелось на куски,
Моя несчастная любовь, а ты жестока!
Что было золотом — теперь лишь медяки,
Прости, душа, но стали чувства мне уроком…
***
Вот дверь закрыта, слышаться шаги.
Слова: «Мы расстаемся навсегда».
Ты только самому себе не лги,
Черствее нас не делают года.

Захочется вернуть обратно миг,
Когда шагнул так смело за порог.
И одинокий твой сердечный крик
Услышат только пустота и Бог.
***
Ты уходишь, меня оставляя одну,
Чувства в сердце моем растекаются болью,
И ночами так хочется выть на луну
В бесполезных попытках проститься с любовью

Но она все живет, проедая насквозь,
Забираясь сквозь раны под тонкую кожу…
А тебе все равно, вместе мы или врозь,
Но мое сердце вряд ли забыть тебя сможет.
***
Ушла последняя надежда,
Которая в душе жила.
Уже не будет все как прежде,
А я наивна так была.

Тебе я отдала до капли
Всю жизнь свою и всю любовь,
Теперь осталась в пустоте
И не узнать мне счастья вновь…

Моей беды не замечая,
Вокруг весельем жизнь кипит,
Глаза я к небу поднимаю —
Пусть мое сердце исцелит.
***
Любовь, что лишь недавно окрыляла,
Страданием в сердце отразилась.
Но мое чувство не остыло, не пропало,
А сквозь призму подлости и боли исказилось.

Зато твои я помню обещания!
Твой взгляд, сплетение душ и рук…
Тем горше и больнее расставание,
Тем чаще приступы моих сердечных мук…
***
Сердца стук. И тишина.
Пополам мир разделился.
Он один. И я одна.
Мир в тумане мне приснился.

Как мне сгладить эту боль,
Как забыть его заставить?..
Все теперь. На сердце соль.
Ничего нельзя исправить.

Тише, сердце, не стучи.
Знаешь ты, как я любила.
Хоть моли, а хоть кричи…
Вместе с ним ушла и сила.
***
Не всегда любовь взаимна,
Не всегда нам дарит свет,
Ты порой бывает, любишь,
А тебя не любят, нет!

Ты грустишь и даже плачешь,
Жизнь готов отдать свою
Лишь за то, чтоб тихо-тихо
Прошептали: «Я люблю…»

Ты стучишь, а там закрыто,
Вновь рыдаешь горько ты,
Ведь любовь твоя разбита,
И надежды, и мечты!
***
Его купила девушка на птичке.
Щенок был счастлив и хотел лизнуть.
Его продавший скупщик по привычке
Взяв деньги, постарался улизнуть.

Она была в восторге, улыбалась.
Он быстро рос весёлым, не больным.
Но с ним она совсем не занималась.
Он вырос бестолковым и шальным…

Был баловнем, повесой, шалопаем.
Он всех любил и не имел врагов.
Встречал и провожал хозяйку лаем.
И терпеливо ждал её шагов.

Хозяйке нравилось, когда они гуляли,
Что замечают все теперь её.
А если к ней когда-то приставали,
Пес смело заступался за неё.

Ему дрессуры трудно доставались.
Он всех любил. И всех хотел лизнуть.
От всех команд, которые давались,
Всегда старался тихо улизнуть.

Тогда хозяйка в клуб вступить решила.
Чтоб на вопросы все найти ответ.
На выставку пойти с ним поспешила.
Ведь он красавец – в этом спору нет.

На выставке он в ринге шел последним.
Он рад был всем и поводок тянул.
Судья сказал, оценку дав соседним,
Что до стандарта он не дотянул.

Там всем подарки разные дарили,
И с ринга не ушел никто пустой.
Его же с ринга просто удалили.
Сказали, непородный он… — простой.

Сказали, что ходить он не умеет.
Что хэндлер из хозяйки – никакой.
И что судья понятий не имеет.
Представлен пес породы был какой.

Она его от злости отхлестала…
А он чудак понять никак не мог.
За что его любить та перестала.
И угодить хотел, как только мог.

Сначала его думала продать.
Потом хорошие искала руки…
Потом решила хоть куда отдать…
Кому угодно лишь бы на поруки…

Опять попал он к скупщикам на птичке…
Пес всех любил… И всех хотел лизнуть…
Смахнув слезу рукою по привычке…
Хозяйка поспешила улизнуть…

Пес вырывался и истошно выл.
Был бит жестоко и неоднократно.
Но всё равно хозяйку не забыл.
Скулил и выл… и звал её обратно.

А скупщик с ним жестоко обращался…
И дал понять: собачья жизнь — не рай….
Но через пару дней с ним распрощался,
Продав кому-то охранять сарай.

Пес всех любил… и охранять не мог …
Он только выл с тоски на всю округу…
Терпел хозяин новый сколько мог…
Потом отвел к ветеринару другу…

Над псом склонился со шприцом детина…
Чтобы закончить пса короткий путь.
И равнодушно дозу ДЕТИЛИНА
Вколол собаке, предложив уснуть…

А пес лизал протянутые руки.
Как будто он людей благодарил.
За избавление его от муки,
Жить без хозяйки, что боготворил…

Надеюсь, всем ответ держать придется.
За то, что каждый в жизни натворил.
И нам когда-то встретить доведется
Тех, кто при жизни нас боготворил.

В ответе мы за тех, кого учили!
За тех, кого разводим продаём
За тех, кого когда-то приручили!
За тех, кого так часто предаём…

Друзей не выбирают ради моды.
Ведь красота душевная без лиц.
И верность не зависит от породы.
А преданность собачья без границ…
***
Моих детей не будет никогда.
Ни выросших, ни умерших не будет.
Ни в вещих снах, ни в праздниках, ни в буднях —
моих детей не будет никогда.

Устав от волхований, от стыда
перед собой, судьбой и медициной,
я поняла: ни дочери, ни сына —
моих детей не будет никогда.

С тех пор прошло довольно много лет.
Чужих собак я, припадая, глажу.
Но это не чужих собак я глажу:
ласкаю я детей, которых нет.

Когда вы мне бросаете упрёк,
что я молчу, то это я, в молчанье
неведомых имен ловлю звучанье:
мне почему-то кажется, что трёх…

Когда же прохожу я стороной
по улице и выгляжу престранно,
три маленьких разреженных пространства —
три пустоты бегут передо мной.

Мне говорят: не велика беда…
— Не велика! — я отвечаю людям.
Но на земле детей моих не будет.
Нигде. И никаких. И никогда…
***
Сейчас мне 2 года,
Я понимаю немного…
Я слышу порой звонит папа,
И потом плачет мама.
И Пусть это редко бывает,
Но память запоминает.
Те тихие слезы у мамы.
Папа,больше не надо!
Не надо кричать на маму,
Она же наша родная.
Она просто мама моя.
Ведь вместе с ней плачу и я.
По комнате мама ходит
И просит о чём-то Бога,
И ручку мою целует
За что то прощения просит.
Я вижу, как плачет мама.
Её так легко обидеть.
Я буду заботливой,
Чтоб слёзы её не видеть.
А мне всего лишь два года.
Уже понимаю я много.
Но Зачем я так рано узнала,
как плачут глаза у мамы?
***
Поговори со мной, пока я жив.
Пока я здесь, возьми меня за руку.
Не слушай пульс, а просто подержи.
Не обрекай на отчужденья муку.

Не убегай, чтоб плакать по углам.
Чтоб выть над ванной, отвернув все краны.
Ведь так не легче. Я бы плакал сам,
Но слёзы только растравляют раны.

Пока ты плачешь, я лежу один,
В стерильной и прилизанной постели.
Не беспокойся, действует морфин,
Но знаешь, часто боль живёт не в теле.

Я вижу всё. Я чувствую твой страх:
В словах, в глазах,в улыбке напряжённой.
Но ты мне врёшь. Нам угрожает крах
Я как чужой тебе, как прокажённый.

Ты избегаешь правды, как огня.
Я так измучен сладкими речами…
Ты полагаешь,что щадишь меня,
Ты дверь захлопнув, шепчешься с врачами.

Но, разве, правда — признак нелюбви?
Ведь я не выношу ни лжи, ни лести.
Боишься — говори, кричи, реви
И я боюсь. Давай бояться вместе.

Во сне я видел смерть.
В который раз Она сказала:
«Приготовься. Скоро.» Но я твердил:
«Попозже, не сейчас
Придёшь за мною после разговора».

Пойми, мне очень страшно уходить.
Пока я эту стену не разрушу.
Прошу тебя, не разучись любить.
Пусть боль тебе дотла не выжжет душу.

Хочу, чтоб утром после похорон,
Ты как всегда, умылась, причесалась.
Чтоб ты не отключала телефон.
Чтоб знала, для чего ты здесь осталась.

Чтоб без меня сумела жить потом
Нормальной жизнью, а не бывшей драмой.
Чтоб у тебя был муж, уютный дом.
Ты станешь замечательною мамой.

И не терзайся, будто предаёшь,
Всё то, что в нашем общем прошлом было.
Мечтал я счастье дать тебе.
Ну,что ж…
Мне просто этой жизни не хватило.

Когда я грань миров перешагну,
И поражусь, как тот, иной, прекрасен
Я в нём останусь. Ждать тебя одну.
Живи — я очень долго ждать согласен.
***
Хвасталась кокетка озорная,
Глядя на завистливых подруг:
«Встретила поклонника вчера я,
Проводя на танцах свой досуг.

Он богатый, щедрый и не злобный,
Стало быть, мне крупно повезло.
Пусть не милый, но зато удобный!
С ним уютно, сытно и тепло.

Ни к чему мне спину гнуть до ночи,
Пусть невежды проливают пот.
Вот надену юбку покороче,
И судьба подарит мне джекпот.»

Стройных своих ножек не жалея,
Каблучками поднимая пыль,
Мчалась попрыгунья по аллее,
Увидав его автомобиль.

Вечер пролетел под звон бокалов,
Блюз развеял ветер шебутной.
В сонной тишине ночных кварталов,
Двое целовались под луной.

Без стыда нырнув рукой под юбку,
Он коснулся пальцами бедра.
«Что ж, лети в мой сад, моя голубка.
Поворкуем вместе до утра».

Вежливо швейцар открыл ворота,
Вот и спальня, мягкая постель.
Только на душе тревожно что-то,
И на ключ закрыта плотно дверь.

Вдруг «Ромео» принял облик зверя,
Грубо руки пленнице связал.
И глаза в глаза, не лицемеря,
Он с насмешкой едкою сказал:

«Ты за тем в мой дом пришла, дешевка,
Чтобы сыр отведать дармовой.
Так вкуси его, он в мышеловке!
И молись, чтоб выбраться живой».

Под луны серебряные блики
Изувер резвился от души.
Стены дома сотрясали крики,
Но никто на помощь не спешил.

После, кроху вытолкнув за двери,
Он, бранясь, ей вещи кинул вслед.
Так в слезах ушла она от зверя,
Повзрослев за ночь на много лет.

Путь к победе не бывает гладким.
Ведь отец не раз ей повторял:
«Дармовой кусок бывает сладким,
Но гляди, чтоб в горле не застрял».

Под дождём плелась она несмело,
То рыдая тихо, то смеясь.
От его объятий ныло тело,
А с души ручьём стекала грязь.
***
Был тёплый, нежный августовский вечер,
Круизный лайнер тихо отплывал.
Катились волны быстрые навстречу,
Их ветер шаловливо подгонял.

Трагедии ничто не предвещало,
Вдали угас последний солнца луч.
Под звон бокалов, музыка звучала,
Детей в каютах заперли на ключ.

Они давно уснули, было поздно.
Родители — плясали от души.
Им месяц, как маяк на небе звёздном,
Дарил свой жёлтый свет в ночной тиши.

Плескалось море, звёздами играя,
Встречался август с мокрым сентябрём.
И вдруг — УДАР ! Ошибка роковая!
Не разминулся лайнер с кораблём.

Беспечность капитанов- вот причина!
Вовек не смыть слезами их вину.
Неумолима водная пучина.
Круизный лайнер быстро шёл ко дну.

Помощник капитана растерялся,
Недоуменно глядя на экран.
Кто мог, за борт выпрыгивал, спасался.
И, среди первых, прыгнул капитан.

Одни, дрожа за собственные шкуры,
Бросали в страхе близких и друзей.
Другие, проявив свою натуру,
Спасали до последнего людей.

На героизм не каждый мог решиться.
Царили страх и паника вокруг.
Спокойной оставалась проводница.
А звали её — Вера Федорчук.

Она могла спастись, но не спешила.
В каютах дети! Значит, быть беде.
С ключами вниз помчала, что есть силы,
Навеки канув в вечной темноте.

Разверзла своё лоно гладь морская,
Людей с полсотни забрала с собой.
Лишь ветер тихо плакал, не смолкая.
Погиб в тот вечер не один герой.

У водолазов помрачнели лица,
Когда при тусклом свете фонарей,
Заметили с ключами проводницу,
Отдавшую себя ради детей.

Увы… Эта история, читатель,
Имела место много лет назад.
Пускай теперь рассудит их Создатель.
Ему решать, кто прав, кто виноват.
***
Поглотила город мгла ночная,
Разошелся ветер шебутной.
Хрупкий зонт в руках своих сжимая,
Торопилась женщина домой.

Пробежал весь вечер на работе,
И с погодой как-то не везло,
Сапоги испачкались в болоте,
И трамвай не ехал, как на зло.

От ненастья никуда не деться,
Под зонтом не спрятаться никак.
С парка доносился плач младенца
И невыносимый лай дворняг.

Промелькнула молния пылая,
Гром на клочья небо разорвал,
Разбежалась прочь собачья стая,
Только детский плач не умолкал.

Вдруг кольнуло сердце не на шутку,
Страх затмил души её покой:
«Что под ливнем делает малютка
В нелюдимом парке в час ночной?!

От чего ребёнок громко плачет?!
Что ж не успокоит его мать?!
Может он совсем один?! А значит,
Нужно кроху срочно отыскать!!!».

Женщина ступала осторожно,
В тёмном парке не видать ни зги.
Терпкий страх терзал её безбожно
И в грязи увязли каблуки.

Мелкий град стегал лицо плетями,
Доведя несчастную до слёз.
Тушь стекала по щекам ручьями
И разбойник-ветер зонт унёс.

В павильон вела её тропинка,
Долетал от туда плач дитя.
Там она увидела корзинку
И листок, промокший от дождя.

Расплылись от влаги буквы в клетках,
И в письме всего лишь пару строк:
«Вы меня простите, я студентка.
Так уж получилось, видит Бог.

Просто институт закончить надо,
Впереди экзамен и зачет.
Дорогие туфли и помада,
Деньги в наше время любят счет.

Кто отец ребёнка — я не знаю.
Вечеринка пьяною была.
Родилась она седьмого мая.
Я её Наташей назвала.

Вы уж не судите очень строго,
У студентки доля нелегка.
Здесь немного денег на дорогу,
Вот и всё… Спасибо и пока.».

Женщина взяла дитя на руки,
Завернула в плащ и унесла.
Позади тревожный час разлуки,
Ведь малышка мать свою нашла.
***
Завари мне осень крепкий чай
Плед на плечи, вечер у порога.
В дом крадется тихая печаль,
Что ж, подруга, погрустим немного

Дождь в окно стучит осенний блюз
Ветер зацепился где то в тучах.
Грустный, но блестательный союз
Ветер, осень, дождь, есть трио лучших.

Грустно во дворе скрипит качель.
Листья клена в лужах угасают.
Осени святая колыбель,
Этот вечер ласково качает.

Я окно открою и вдохну,
Этот воздух прелого покоя.
Осень дарит время отдохнуть,
И побыть наедине с собою.
***
Мне хочется назвать тебя своим,
за ту любовь которой я дышала
За то что никогда таким родным,
таким хорошем словом не назвала
Мне хочется назвать тебя своим.
за бесконечные те дни разлуки
За то что не смогу прижать к себе,
твои родные ласковые руки
Теперь ты стал далёким и чужим
и встречи наши скоро по забудешь
Мне хочется назвать тебя своим
за то что ты им никогда не будешь…
***
Как больно потерять родного ,
Как трудно принимать эти слова,
Кладя на хлодную могилу розы.
Роняя горькую слезу,
Не в силах верить в этот ужас …..
А ведь совсем недавно, были вместе,
казалось их ни что не разлучит ……
Но уж судьба распорядилась
И их оттуда не вернут.
***
Все люди…так стонут от боли…
От отвергнутых, брошенных чувств.
Они хотя бы бывали на воле
И им говорили «вернусь»…

Их подушки залиты слезами,
Их ресницы бледнеют от плача.
Они говорили порой с облаками,
Пока их покидала удача…

Я смотрела на их горькие слезы,
На поломанные судьбы и сны,
На разбитые вдребезги грезы,
На обломки старой мечты…

Я смотрела и просто молчала,
Не понимала в чем их порок.
И порою себя я карала
Не успевая помочь им в тот самый срок!

Они разбивались об землю
С высоких таких этажей.
Они уже навеки дремлют
Меж окон и старых дверей…

И все же мне понять не дано,
Как так сильно можно грустить?
Для меня что боль, что смех — все одно!
И я не буду о смерте молить…

Я лишь боли свои научусь принимать
И не думать о паденье на землю.
Ведь время приятней может по сердцу стучать ,
И приятней я от время задремлю….
***
Как жаль, что их всё меньше, и всё меньше…
Нормальных и порядочных семей.
Всё меньше любящих домашних женщин.
Всё меньше благодарных сыновей.

Всё меньше дочек…ласковых, послушных,
Которые в семье, как светлячки.
И бабушек, хранящих наши души,
И дедушек, несущих им очки.

Мужей всё меньше…верных и надёжных,
Чьё слово твёрже, чем любой алмаз,
С которыми делить почётно ложе
И самый трудный неподъёмный час.

Всё меньше общих и уютных будней
И круглых примиряющих столов.
Всё меньше…»мы с тобою рядом будем»,
Понятное без всяких фраз и слов…

Как жаль, что их всё меньше, и всё меньше…
Таких прекрасных и простых семей.
Мужчин достойных и достойных женщин,
Родителей счастливых и детей…
***
Что делать, если стареет мама?
Все так логично, хоть просто плачь.
И этой жизни, конечно, мало,
Но нет решенья у тех задач.

Мы сами тоже давно не дети,
И знаем горечь летящих дней.
Но нам-то проще на этом свете,
А как быть с мамой, что делать с ней?

Ответит мама:
— Мол, все в порядке,
Сама умею, сама смогу!
Мы все с природой играем в прятки,
По одиночке, в своем кругу.

Пока в запасе осталось время,
Мне надо маму любить сильней.
Забыв о грустном, годам не веря,
Как можно чаще встречаться с ней.
***
Когда темная ночь над городом всходит
Пробуждаются мысли в моей голове.
И лишь чёрный кот по улице ходит,
Лихую тоску пронося на хвосте.

Мне говорят: хорош убивать
Здоровье и нервы свои.
Но сново в потёмках сажусь за тетрадь,
Чтоб в стихи свою боль привести…
***
Пройдут года,
Пройдут века, ты вспомни их
Из далека.
Как теплым летом вместе вы сидите и молчите,
Как смотрите друг другу вы в глаза,
Как видете что он уже ухоти.
Ты просто посмотри из далека…
***
Приуныл серый каменный Хоспис,
И лишь Смерть держит ухо востро.
Зубоскалка ведёт свою опись,
На больных выжигая тавро.

К небесам устремляются тени,
Им пред Господом нужно предстать.
А в палате, упав на колени,
Горько плачет несчастная мать.

Боль за сына, как в сердце заноза,
Взвился сдавленный крик её ввысь.
Истощенный, почти безволосый,
Он отчаянно бился за жизнь.

Только Рак цепко впился клешнями,
И малыш день за днём угасал.
Он утешно прильнул к своей маме,
И, чуть слышно, сквозь боль, прошептал:

“Всё в порядке. Не плачь, мам, не надо.
Я могу уже на ноги встать.
Не забудь, что из детского сада
Тебе нужно сестрёнку забрать.

Передай от меня ей конфеты,
Мне они одному не вкусны.
И скажи, что я вскоре приеду,
В феврале, накануне весны.

Мы запустим воздушного змея.
Я его выше крыш подниму.
А теперь уходи поскорее,
Мне так нужно побыть одному.

Ну, не стой, уходи, слышишь, мама?!
Я устал, я не спал эту ночь”.
Мать коснулась щекой мальчугана,
И, рыдая, отправилась прочь.

Она шла, как хмельная шатаясь,
Без пальто, в лёгком платье одном.
А в тот миг, адской болью терзаясь,
Её сын засыпал вечным сном.

Смерть людей просевает сквозь сито,
Не скрывая свой хищный оскал.
Двери Хосписа вечно открыты,
Он для многих последний причал.
***
Немного устала…
По-женски слезинку пущу…,
Умоюсь, накрашусь…
И больше уже не грущу…
Мне просто чертовски идёт
Сильной женщиной быть…
Чтоб с лёгкостью ношу судьбы,
Словно бусы носить…
***
Бездомная кошка, котята в утробе –
Всё время трясётся в холодном ознобе.
Конец декабря – серебро и мороз,
И лапы замёрзли и голод всерьёз
Которые сутки терзает живот.
Жить проще, когда ты не кошка, а кот.

Зачем-то мигают фонарики в окнах,
Снежинки и звёзды на вымытых стёклах.
И кошка под лавкой, в глазах интерес,
И снег залетает под жалкий навес.
Искрится под звёздами глянцевый лёд,
Неспешно по миру идёт Новый год.

А люди всё мимо бегут равнодушно,
На кошку не смотрят, им это не нужно.
В нарядных квартирах светло и тепло.
А кошка… Что кошка? Ей нЕ повезло.
И каждый спешит в свой домашний уют —
Жить проще, когда тебя любят и ждут.

Бездомная кошка, в утробе котята,
Ещё не родившись, уже виноваты.
Нет норки, нет логова, заперт подъезд,
И хоть мир огромен, в нём нет для них мест —
Родятся под лавкой, на куче тряпья.
Жить проще, когда есть друзья и семья.

Им было отмерено пО две минуты…
Распустится небо роскошным салютом,
Испуганно кошка сожмётся в комок,
Мороз запустил свои когти под бок.
Уходит тепло… И… уже не пищат.
Бездомная кошка… Нет больше котят…

Бездомная кошка, поджарое брюхо,
Котята её в колыбельке из пуха.
А снег всё идёт и идёт, и идёт…
Наутро под лавкой сугроб наметёт,
Она не увидит – в глазах свет померк.
…В рассветное небо взлетит фейерверк

И дробью откликнется эхо из арки.
Не всем в Новый год раздавали подарки.
***
Устала быть сильной, устала быть мудрой…
Устала спасать, побеждать, выживать.
Глаз хочется добрых, рук хочется милых,
И губ, чтоб могли о любви прошептать.
В объятьях укрыться, уснуть, раствориться,
Подушкой пусть станет мужское плечо,
Чтоб наговориться, как будто напиться,
Чтоб все это было еще и еще…
***
Когда меня не станет, не тужи.
Кто рано улетел, тот стал счастливым.
Пройдя сквозь испытаний виражи,
Душа изменит норов свой строптивый.

Заплачет кто-то, в мыслях торопясь,
Но будет мне даровано так много!
Когда Земля свою теряет власть,
Освещена небесная дорога.

Застынут стрелки на больших часах
Своею спешкой больше не пугая,
Я улыбнусь тебе на небесах.
Я не с тобой, но помни, я живая!

И босоногий звук моих шагов
Заслышав, ты унять не сможешь дрожи.
Но слёз не нужно — этот мир таков…
Ещё с тобою встретимся…
Быть может…
***
Мне хочется плакать. Мне хочется сдохнуть.
От мысли, что рядом со мной нет тебя.
Что утром проснувшись в холодной постели,
Увы, не увижу со мной я тебя.
Что утром с тобой не пойдем мы пить кофе,
Не сходим в кино, не нагрянем к друзьям.
Что ночью не взглянем на темное небо,
Не проведем ее вместе, посвятив нам.
Ведь ты далеко. Там где нет звезд на небе,
Где улицы пылью дорожной полны.
Где скоро наступит веселое лето,
А мы ждем суровой,проклятой зимы.
За тысячу адских сплошных километров,
За крыш миллионы, за тонны домов,
Живешь ты, любя меня слепо,
А я все страдаю за нашу любовь.
Я вечно любить тебя буду, ты знаешь,
И ждать тебя буду, поверь, я всегда.
И все я отдам за один лишь день в жизни,
Когда на пороге увижу тебя.
Когда ты приедешь ко мне и дверь откроешь,
Когда ты войдешь в одинокий мой дом,
Когда плотно дверь за собой ты захлопнешь,
И будем мы снова с тобою вдвоем.
Сольемся мы в жарком с тобой поцелуе,
Обнимем друг друга, покрепче прижав.
И больше уже ничего нам не нужно,
Все глупостью стало в один жалкий час …
***
Ей плевать на все ваши законы
И на то, кто сейчас президент.
Как и вам на её боль и стоны.
Жаль, что жизнь для вас не аргумент.

Ей плевать на инфляцию, цены,
Она просто закрыла глаза.
И ей вводят глюкозу по венам.
У кроватки висят образа.

Ей плевать на обвалы валюты.
Не понять, что такое кредит.
Не нужные ей коньки и батуты,
Эта девочка хочет – ходить.

Ей семь лет. Может, скажете мало?
Но она эти семь лет лежит.
Вам бы с ней посидеть не мешало,
Но, зачем вам проблемы чужих?

Стадионы вы строите, парки.
Покупаете яхты, дома.
А она, новый год ждёт, подарки.
Ей сказали, что скоро зима.

Вам плевать, ведь таких – миллионы!
Нет желания, денег, врачей…
Мама плачет её у иконы.
С мамой плачут остатки свечей.
***
Такая грусть лишь в это время года,
Господь не зря мгновенья выбирает…
Так умирает осенью природа –
Но как она красиво умирает!
***
Счастливые стихов не пишут ,
Вливая тягость злополучных дней ,
Пером переживания их движут ,
Вливая в строки ,что больней .
Счастливым нету время до бумаги,
Им не надо туда что-то изливать .
Идут по жизни ,свои ломая шпаги ,
Которыми хотели побеждать .
***
Холодно на улице
И мелкий снег идет,
Погода как-то хмурится,
И пасмурно кругом.
Холодно на сердце
И вьюга на душе
Мается все сердце,
На сердце грусть уже.
А хлопья снега падают,
Пушистые летят,
И слезы, словно капельки,
Все так же кап да кап…
***
Ты хочешь меня изменить, подогнать под рамку,
Чтоб было понятно и просто, оправить грани.
Ты режешь… и всё забываешь подуть на ранку,
А, впрочем, тебе не понятно, что это ранит.

Ты хочешь меня расписать, разложить по полкам,
Составить маршрут и продумать удобный график.
А я от подобных попыток взвываю волком,
И после – стихи забивают свободный трафик.

Ты хочешь добра… Но в своей извращённой форме,
А я принимаю… С печальной улыбкой мима.
Ты хочешь мне блага. И с виду всё, вроде, в норме,
Но я с этим «благом» ужасно несовместима.
***
-«Я буду помнить о тебе всегда!»………..
Мелодией слова звучали!
И вдруг исчезли навсегда……….
Оставив след большой печали.
Прошли часы — ушло «вчера» .
Вот новый день в своём начале!
В нём нет тебя………..
В нём тишина.
Слова твои, как ты… пропали.
И вот настал предел тому,
что мы считали беспредельным!
Высокий слог навёл тоску!…
Ведь ты и я,
Теперь раздельно.
***
Прости, что не сумел понравиться тебе.
Печально признавать своё безвластье.
Моя судьба всегда была в твоей руке,
А без тебя ей не видать и сроду счастья.

Твои глаза подобны блеску водной глади.
И не найти скромнее на земле твой души.
Моя звезда, сопутствующая вечной моей жизни,
Всё дальше улетает от судьбы моей.

Тебя нельзя назвать всего лишь прошлым,
Не станешь ты воспоминаниями мне.
Переплетенье судеб — вот, что только нужно,
И вечное страданье по тебе.

Искал твою печаль буквально в каждой,
В течение всего тернистого пути.
Прошел я через лживые, мнимые фразы,
Которыми раскидывался всем.

Наш миг, который мы три года ждали,
Не оправдал наложенных надежд.
В конце пути, в финале нашей книги,
Упал я замертво, не испытав чудес.

Та ночь ,безлунная, у Финского залива,
Навечно ляжет в памяти моей.
Секунды счастья, стоящие жизни,
На веки будут в памяти моей!

Я написал бы тебе тысячу стихов,
Пронзающих и самых черствых до мурашек,
Признался тебе сотнями различных слов,
Чтобы сказать, каков твой мир прекрасен!

Сочинил бы кучу романтичных серенад,
Чьих красота не уступает даже птицам.
Прошел легко не мало б тягостных дорог,
Чтобы прийти, и только твоим взглядом насладиться.

Пускай судьба не хочет быстрого развитья,
И снова, снова разлучает нас.
Но это не сюжет одной из грустных книжек,
Мы встретимся и поругаемся еще не один раз.

Меня не испугает ни одна беда.
К тебе буду идти, хоть я и безразличен.
Надеяться, не унывать и достигать тебя,
Другого не придумать — финал здесь фееричен!

А , пока, желаю тебе счастья,
Но твоё счастье — это только я.
Тебя не отпущу моё ненастье,
Моё берег, мой ориентир, моя стезя!
***
Тёмная ночь, ветер гоняет листву,
Как дальше жить? Никак не пойму.
Звезды мерцают в ночной тишине,
Луна из-за туч в глаза смотрит мне.

Вчера мне по почте прислали письмо.
На открытке в конверте чёрной метки клеймо,
Похоронка с фронта- отец мой погиб,
И я головой своей светлой поник…

Всю ночь я проплакал, себя я корил
Почему же я батьку туда отпустил?
А ведь сам не пошёл туда воевать.
Не смог, не пустили, я же врач, твою мать!

Я клятву давал, детишек лечить
Не положено мне страну защищать.
Врачи и на фронте, конечно, нужны
Но я, вот из тех, кто в тылу спрятаны.

Мне стыдно до боли и совесть грызет.
Что за меня, МУЖИКА, кто-то кровь свою льёт.
А я тут спокойно зад свой прикрыл
И жалею, что медицине жизнь посвятил.

Была б моя воля, я бы пошёл
Ощутил на себе войны жгучий котёл
И пусть пули летают, снаряды бомбят.
Это лучше, чем вкусить своей совести яд…
***
Бесшумно ходили по дому,
Не ждали уже ничего.
Меня привели к больному,
И я не узнала его.
Он сказал: «Теперь слава Богу», —
И еще задумчивей стал.
«Давно мне пора в дорогу,
Я только тебя поджидал.
Так меня ты в бреду тревожишь,
Все слова твои берегу.
Скажи: ты простить не можешь?»
И я сказала: «Могу».
Казалось, стены сияли
От пола до потолка.
На шелковом одеяле
Сухая лежала рука.
А закинутый профиль хищный
Стал так страшно тяжел и груб,
И было дыханья не слышно
У искусанных темных губ.
Но вдруг последняя сила
В синих глазах ожила:
«Хорошо, что ты отпустила,
Не всегда ты доброй была».
И стало лицо моложе,
Я опять узнала его
И сказала: «Господи Боже,
Прими раба твоего».
***
Незаметно исчезают друзья.
Реже встречи и короче звонки.
Изменить, наверно, это нельзя,
Если вы уже другие внутри.

И никто не виноват — просто жаль,
Что у всех такая разная жизнь.
Наше прошлое, летящее в даль,
Превращается легко в миражи.

Да и времени практически нет.
А еще по вечерам мало сил.
Шлешь на праздники привычный привет,
И не важно: кто писал, что спросил.

В разных странах или рядом сейчас,
Мы с друзьями, но ничьей нет вины —
Забывают постепенно про нас,
Забываем про кого-то и мы.

Может это и нормально вполне?
Может это происходит у всех?
Кто-то вырвался вперед на коне!
От другого отвернулся успех.

Но ведь нечего делить нам уже
Кроме мыслей и простых новостей.
И печально на любом рубеже
Вдруг остаться одному, без друзей.

Все, что было — это было не зря.
Ради дружбы постарайся, пойми.
Так обидно исчезают друзья
И вернуть их невозможно … почти!
***
Порой любовь — не только радость,
Не только счастье и мечта,
Порой она приносит слезы,
Порой за нею пустота!

Порой она — непонимание,
Обида, горечь, боль потерь,
А иногда она настырно
Стучит в окно и лезет в дверь!

Порой готов ее лишиться,
Чтоб долго следующую ждать,
И в ожидании томиться,
И в одиночестве шагать!

Оцените статью
Добавить комментарий

Этот сайт защищен reCAPTCHA и применяются Политика конфиденциальности и Условия обслуживания Google.